Мы даём девчонкам доступ к их мечте

Мы даём девчонкам доступ к их мечте

Интервью

Школа женского футбола «GirlPower» в Москве существует уже четыре года, в ней на данный момент занимаются более двухсот девушек разных возрастов. Однако этот вид спорта среди женщин в нашей стране еще не распространен — во многом из-за гендерных предрассудков и консерватизма общества. Но «GirlPower» разрушает эти барьеры и доказывает: футбольное поле доступно для всех. Главный тренер и сооснователь школы Алла Филина рассказывает об основных сложностях для российского женского футбола и о его перспективах. 

Беседовала Екатерина Фомина

Девочки из школы GirlPower с мячомОткрытые тренировки GirlPower и Adidas, 2016 год – Фото: Галина Шатилова. Все права защищены.

-Как вы открыли свою школу футбола GirlPower?

-Школа GirlPower создалась четыре года назад буквально на коленке. До этого мы тренировали детей и в какой-то момент поняли: почему бы не дать возможность поиграть мамам? И сделали женскую секцию. Без названия, без всего, сказали просто: «Девчонки, приходите». На первой тренировке было где-то 12 человек. Мы поняли, что это обоюдный интерес – и надо делать полноценную школу. Есть массовый футбол, любительский и профессиональный. Массовый – люди просто гоняют мяч: фестивали, праздники, школьные секции и так далее. Любительский – спортшколы, секции, команды при клубах. А есть профессиональный - человек получает за это зарплату. Мы занимаемся любительским и массовым футболом.

-Как лично ты пришла в футбол?

-К футболу – с одной стороны я никакого отношения не имею, с другой – самое прямое. Я никогда не занималась им профессионально. В детстве мне очень хотелось, но женского футбола тогда в России не существовало, девчонкам негде было играть. Мы гоняли мяч во дворе много лет – это была наша единственная возможность. Я занималась другими видами спорта, откуда я запросто могла бы перейти в футбол — если бы было куда. Футбол для меня так и оставался мечтой.

Шесть лет назад я впервые привела близкого мне восьмилетнего ребенка на тренировку в футбольную секцию. И увидела, как у него все здорово получается, как он горит этим.

И тогда я вспомнила свою спортивную судьбу. Я восемь лет я занималась баскетболом и большим теннисом параллельно, моя жизнь состояла из восьми тренировок в неделю в двух спортшколах. Я ушла из спорта в 14 лет - не от хорошей жизни.

Мне ужасно захотелось, когда я увидела его горящие глаза, чтобы они и в 15 лет так горели. Мне хотелось сделать все, что в моих силах, чтобы ему помочь: наладить питание, может, самой с ним заниматься дополнительно. После тренировки я подошла к тренеру с вопросами. На что мне тренер сказал: «Женщина, ваше место у плиты, вы меня не отвлекайте. Вы все равно в этом ничего не понимаете. Ваш удел – привести ребенка и увести». Это для меня был переломный момент. Я на все плюнула — и пошла получать свою тренерскую лицензию. Я как раз созрела для этого: в тот момент у меня был внутренний кризис, я много занималась бизнесом и мне уже хотелось что-то отдавать другим, приносить пользу.

Открытые тренировки GirlPower и Adidas, 2016 год – Фото: Галина Шатилова. Все права защищены.

-И какие ты предприняла шаги?

-Я узнала, что в Москве существует Академия тренерского мастерства, это специальное профильное образование. Первая ступень – обучение на тренера детского футбола и любительских команд. Учеба три недели, каждый день по 8 часов. Похоже на курсы повышения квалификации, только там все с нуля. Я была единственной девушкой на курсе. Ребята надо мной смеялись и говорили, что я зря трачу время. Преподаватели относились с иронией, подшучивали – мол, не женское это дело. Ни один из них не спросил, зачем я пришла, в чем моя мотивация. Я ведь до этого не тренировала, сама не играла, у меня нет команды. Экзамены я сдала блестяще, в отличие от некоторых из тех, кто надо мной смеялся.

Следующая ступень — это обучение на тренера профессиональных команд. Учеба там еще серьезней — полтора года. Мое поступление вызвало еще больше смеха. Меня буквально завалили на вступительных – не взяли! Сказали: «Слушай, тебя все равно никто не пригласит работать, мир футбола очень тесный, все всех знают, все везде неслучайно, у тебя нет опыта. Ну и вообще ты женщина, женские команды никому не интересны. Давай ты не будешь тратить свое и наше время. Вот создадим женскую группу, приходи». Но я не сдалась. Следующая попытка была через год – я была ужасно зла и мотивирована.

Чтобы им уж совсем было нескучно со мной, я пришла на девятом месяце беременности. Они не ожидали такого. Живот демонстрировал степень моего упорства. Если я тут, значит, мне действительно это надо. Из шестидесяти человек приняли двадцать пять, я была среди них. И, конечно, мою фамилию объявляли последней.

-Когда тебя начали воспринимать всерьез?

-С нами занимались лучшие преподаватели Академии. Например, технический директор РФС, человек, который имеет непосредственное отношение к победам сборной на ЧМ2018, он возглавлял технический штаб, он давал подсказки главному тренеру в режиме реального времени, что делать на поле. Он гениальный директор Академии, человек, который выдает лицензии всем тренерам в России вообще - без его одобрения ни одна лицензия не будет выдана. Он тоже всегда относился к моим интенциям с иронией. Мир футбола очень консервативен, ты не можешь тоже не быть консервативным, если живешь в нем много десятков лет. У меня не было больших ожиданий. Я понимаю, какую культуру он транслирует. Жду ли я от бабушки радостных возгласов, когда я приду в драных джинсах? Они делают свою работу, делают ее хорошо — это все, что мне нужно. Когда из нашей школы в Академию на учебу начали поступать девушки-тренеры, там поняли, что с нами бессмысленно «бороться». Все наши пять девушек, которые тренируют сейчас, блестяще закончили учебу. Думаю, прошло время и в Академии поняли, что мы не те люди, которым нужна лицензия, чтобы прокормить себя и это не единственное, что мы в жизни можем. У наших тренеров очень большая мотивация, это не случайные люди.

Команда GirlPower на турнире Adidas BASEMOSCOW, 2017 год – Фото: Школа GirlPower. Все права защищены.

-Сложно ли было сломать эти консервативные стереотипы, что футбол — это мужской вид спорта?

-Меня это только раззадоривало. Есть стереотипы, что девочка слабая, девочка не справится. Но если девочке надо — будь то судейство или тренерство, если она талантлива, она сможет проникнуть даже через закрытые двери. Нужно смириться, что это действительно мужской мир и не питать иллюзий. У тебя сломался каблук, у тебя ПМС или еще что-то? Ты должна понимать, что тебя не поймут и поблажек тебе не будет. Но помимо сложностей есть и свои плюсы.

Как бы к тебе ни относились — ты привлекаешь к себе внимание тем, что ты девушка, ты всегда в центре внимания. Да, к тебе всегда относятся со скепсисом. Но если ты веришь в то, что ты делаешь, тебя нельзя не услышать. Да, тяжело, да, не пускают. Ничего, прорвемся!

Я не могу сказать, что я борец за гендерное равенство. У каждого пола есть свои сильные стороны. Есть вещи, в которых мужчины сильнее, есть, в которых женщины. Исторически сложилось, что женщине присуща чуткость, эмпатия, забота. Если тебе это дано, потому что ты женщина, ты можешь использовать это в своей работе. Женщина способна строить отношения другого порядка в команде. Команда — это очень сложная структура, там много нюансов.

Женщина и мужчина наделены разной энергией, которая позволяет им в разных жизненных ситуациях с разной степенью сложности для них эту энергию проявлять. Надо просто понимать — я женщина, где мне сложнее, чем мужчине? Что мне сделать, чтобы мне было проще? И чтобы легче было не только мне, но и команде.

Я до сих пор тренирую подростков, воспитывать их сложно. Я с ними выстраиваю отношения, в которых много мужской энергии. Не потому что я становлюсь мужчиной, а потому что я понимаю, что им нужно такого получить сейчас от наставника — и что я могу со своей стороны сделать.

Прости за грубый пример. Если бы воевали женщины, война была бы другой. Если бы мужчины какое-то иное отношение имели к материнству — жизнь была бы другой.

Футбол исторически — мужской мир. Но это не значит, что там нет места женщине. Все хвалят игроков, тренеров. Но забывают, что за их спинами стоят мамы, которые их водили в секции, отправляли на сборы, бегали вокруг больше десяти лет, каждый день, без устали, и они не ищут славы и признания, они просто делают это для своих детей.

Если ты поковыряешься в истории Англии, ты найдешь там интересный факт. После войны мужчины вернулись домой, и обнаружили, что женский футбол за это время стал сумасшедше популярен. Мужчины не нашли другого способа, кроме как его запретить — чтобы вернуть популярность «традиционного футбола».

-Почему девушки приходят в футбол? Конкретно в вашу школу.

-В большинстве случаев их история очень похожа на мою личную — просто потому, что это была их мечта. Но раньше было негде и не с кем, а теперь появилась возможность.

Я тебе расскажу на примере, как это работает. В детстве казалось: это так классно — водить гоночную машину. Вообрази: ты всё же получила права, но время уже не то, ты соизмеряешь свои возможности, давно хоронишь мечту про гоночный автомобиль, решаешь довольствоваться «легковушкой» и городским режимом вождения. И вот ты приходишь к нам, я говорю: «Здорово, через два месяца мы едем на «Формулу-1», и ты участвуешь». Понимаешь, о чем я? Ух ты! Вот что мы делаем: мы даем девчонкам доступ  к их мечте. Мы сами мечтатели. Мне хочется, чтобы больше девчонок играли. Я из тех, у кого этой возможности не было.

Команда GirlPower (синяя форма) на Кубке России, Иваново, 2018 год – Фото: Анна Шмитько. Все права защищены.

-Есть ли у вас какие-то ограничения: возраст, физические особенности?

-Восемнадцать лет — и все, больше никаких ограничений. Мы берем девочек после восемнадцати — это значит, что они сами несут ответственность за свое решение. Да, наши тренировки безопасны, но все мы взрослые люди, все сами должны оценивать свои риски. Если ей нельзя сегодня играть, она просто не придет. Футбол на самом деле не травмоопасный вид спорта. Просто мы хотим, что девушка отдавала себе отчет в действиях, понимала, что это только ее воля и желание.

Самой взрослой нашей девушке 54 года. Она начала играть с нами два года назад. Она тоже просто про мечту. Она мечтала в детстве и дожила до 50, чтобы наконец начать этим заниматься.

-Кто эти девушки за пределами поля?

-Адвокаты, журналисты, домохозяйки, поэтессы, обычные менеджеры, бухгалтеры, студентки — разброс настолько большой, что сложно какой-то усредненный портрет нарисовать.

-Реально ли девушке, которая начала играть как любитель, попасть в профессиональный спорт?

-Девочкам — да! Мужской профессиональный футбол - это дикая конкуренция. Каждый год в стране футбольные спортшколы заканчивают сорок тысяч мальчишек. И девочек — во много-много раз меньше, даже цифрами не владею. Эти цифры так малы, что даже в голове не удержишь. Конечно, если ты придешь в 30 лет и начнешь заниматься, шансы попасть в профессиональный спорт — примерно ноль. В сорок лет люди уже заканчивают с футболом.

Но если тебе шестнадцать, ты закончила спортшколу, - все возможно! Даже если не с первого раза. Допустим, тебя не взяли в клуб. Но ты не бросаешь футбол — идешь играть с мужиками. Они быстрее, сильнее — ты быстрее растешь. Ты два года по пять дней в неделю рубишься с мужиками. Вероятно ли что к 18-20 годам тобой может заинтересоваться женский футбольный клуб? Легко! Футбол — это огромное количество факторов.

В мужском футболе по-другому: если ты закончил школу и тебя не взяли — шансов на дальнейшее развитие в профессиональном спорте нет, конкуренция сумасшедшая. Когда ребенку 16 лет, он в серьезном подростковом кризисе. Когда ему говорят: «Ты не хорош», найти в себе мотивацию, чтобы продолжать по-настоящему бороться — сложно. То есть продолжать, что ты делал: тренироваться пять раз в неделю, один день в неделю играть, ходить в тренажерный зал. Тебя фактически списали. Это психологически очень сложно.  Найдется ли рядом с тобой тренер, который даст тебе шанс? Вероятность очень невысока.

Команда GirlPower (синяя форма) на Кубке России, Иваново, 2018 год – Фото: Анна Шмитько. Все права защищены.

-Если девушка приходит в футбол позже, какова ее цель? Самореализация?

-Сложный вопрос. Это история про собственные достижения. Футбол — это та сфера, где я могу стать лучше, увидеть прогресс. Это как с марафонами: вранье, что не работает, когда дают медальки всем. Мы как раз про это — поощрять всех.

Футбол помогает не только улучшить здоровье. Когда ты видишь свой прогресс, тебе это помогает почувствовать себя увереннее, строить карьеру, расти. Помогает подняться и по социальному лифту, если мыслить шире. Ты себя сам делаешь через свои достижения. Ты чувствуешь себя свободнее, увереннее, принадлежащим к чему-то. Хорошее хобби не может не развивать. Вязать браслеты, рисовать татуировки, играть в футбол — если меня это вдохновляет, у меня появляются силы, чтобы жить. Жизнь обретает другие краски. Я начинаю получать удовольствие — конечно, это путь к росту.

Девочки приходят не за достижениями и медалями. Они буквально приходят за мечтой. Люди мечтают не кубки получать, а играть. Это просто игра — дети строят пирамидки из кубиков — они это делают не для чего-то, а ради процесса. Девчонки приходят тоже ради процесса.

-Но соревнования в любительском спорте тоже есть, ваша школа участвует в каких-то играх?

-Мы не заставляем наших девчонок играть, только если они сами хотят. Мы играем в ЛФЛ. Из сезона в сезон у нас разные успехи: когда-то входили в тройку, когда-то были в подвале.

Любой футбол - это фортуна, и игра нашей сборной это показала. Как любят говорить сами сотрудники РФС: раз в год и палка стреляет. Футбол — это стечение огромного количества обстоятельств. За любительский матч на поле может появиться двадцать человек, каждый из которых — черный ящик. Какой может быть результат — одному богу известно.

-Двадцать человек из одной команды?

-В любительском футболе разрешены замены. Если ты уходишь с поля, ты можешь вернуться. В профессиональном футболе так нельзя. Мы даем возможность поиграть всем.

-Кто выбирает тактику на игру?

-Знаешь есть смешное видео с мотоциклистом «С самого начала у меня была какая-то тактика, и я её придерживался» Так же и у нас. У нас много команд и тактику определяет тренер команды. Любительский футбол хорош тем, что ты как тренер можешь экспериментировать, менять тактику прямо на ходу или от игры к игре. Тактика — понятие сложное, огромное количество нюансов. Даже футболисты все их не знают, они выполняют задачи, которые ставит тренер. Конечно, есть тактика на игру и в отношении каждого игрока. И в отношении соперника.

GirlPower — место где каждая, вне зависимости от своих возможностей и способностей, выйдет на поле и будет играть столько же, сколько будет играть самая успешная, самая быстрая, самая талантливая. До тех пор, пока мы GirlPower. Иногда девочки спрашивают: «Я пришла вчера, тренируюсь с девочками, которые уже играют три года. Меня возьмут на игру?» Да, возьмут. Сколько времени ты будешь на поле? Сколько решит тренер. А тренер решит, что ты будешь столько, сколько тебе комфортно. И если я играю хорошо, это еще не дает мне права требовать от тренера времени на поле. Мы все равны. В нашей школе тебе никогда не скажут, что ты плохо играешь, поэтому ты не будешь играть в соревнованиях. Никогда не скажут: «Может, тебе надо бросить это делать?».

Команда GirlPower (белая форма) на Кубке России, Москва, 2018 год – Фото: Polina Bykonya. Все права защищены.

-У вас в школе есть какие-то внутренние правила?

-Эти ценности нигде не прописаны — мы передаем их из уст в уста. Самая главная наша ценность — это любовь. Друг к другу, к тому, чем мы занимаемся, как мы это делаем. И любовь у нас транслируется во всем — в отношениях в первую очередь. Тренер любит девочку, которая забивает с тридцати метров так же сильно, как девочку, которая вчера впервые увидела мяч. Из любви транслируется уважение, забота, солидарность. Мы всегда всем делимся: это касается игрового времени, мячей, формы. Если праздник — то для всех, если фотографируемся — то все вместе. Это территория абсолютного равенства. Ты можешь здесь быть хорошим, особенным — только если сами люди решили, что ты особенный, а не просто потому что ты круто играешь. Это не про футбол, это про взаимоотношения.

Мы не стали дожидаться, пока люди разберут свои роли. Знаешь, когда приходишь в офис, там своя культура, кто-то лидер, кто-то подстрекатель, кто-то сплетник, кто-то аутсайдер. Мы в какой-то степени заблокировали возможность девочкам создавать себе роли. Они могут приобщиться к культуре, которую транслируем мы. Поэтому у нас нет такого, что бывает в женских коллективах. Самое забавное, что это культура не «женская», она человеческая.

На поле никто никогда не ругается и не обвиняет никого — мы запретили это на входе. Ты не успеваешь прийти на первую тренировку, тебе уже об этом сказали. И ты принимаешь решение играть с нами или нет.

-Как ты считаешь, объективирует ли вас ваш потенциальный болельщик? То есть вас воспринимают в первую очередь как женщин в красивой форме или как спортсменок?

-Мы изначально понимали, с какими стереотипами столкнемся: девчонки в коротких шортах, обтягивающих футболках — желательно коротких и чтобы дождь шел. Но девчонки приходят к нам не для того, чтобы побегать в красивой форме. Конечно, любая девочка хочет выглядеть красиво, но красота — это не накрашенные ногти, косметика и обтягивающая форма. Красота в другом. Если ты посмотришь на наши фотографии с игр, тебе станет понятнее. Мы через них в том числе передаем, что для нас красиво: например, когда девочка бежит, борется за мяч, у нее растрепанные волосы, она без косметики, но сколько эмоций, сколько энергии. Это сила момента. Там другая красота. Это далеко от той красоты, о которой может подумать обыватель.

Когда девчонка надевает любую спортивную форму, экипировку — это красиво, потому что это приобщение к целой культуре. Сразу целые замки ассоциаций, впечатлений. Она надевает форму, с которой у нее связана куча вещей — ее мечты, желания, команда, атмосфера внутри.

Уже в старшем возрасте я играла в хоккей. Когда ты сорок минут надеваешь на себя все эти панцири, натягиваешь гамаши, ты уже приобщаешься к этой культуре, к этой красоте. В принципе, я думаю, можно создать секцию, где люди будут просто приходить и одеваться в форму — в этом будет смысл тренировки. Конечно, я шучу, но самые важные переживания начинаются уже в раздевалке. Тренировка или игра начинаются уже там. Все мои самые глубокие переживания из спортивного детства так или иначе связаны с моментами в раздевалке, местом, где можно сконцентрироваться и осознать все, что тебя ждет или всё, что только что с тобой произошло на поле.

-С какими сложностями сталкиваются девушки, когда приходят в женский футбол?

-Ключевой барьер — психологический, это борьба со стереотипами. «Я не хочу, чтобы надо мной смеялись. А как я буду выглядеть? Я ничего не умею».

Маленькая девочка хочет играть в футбол и начинает думать: что ее не возьмут в команду, что если там только мальчишки, что тренеру она не понравится, вдруг мама скажет, что лучше идти на танцы. То же происходит и со взрослыми женщинами.

Большинство девушек, которые к нам приходят так или иначе проходят барьер стеснения. Мне пишут сообщение: «А можно я приду на тренировку?». Послушай, если ты хочешь получить права, ты разве пишешь в автошколу: «А можно я приду?». Ты просто  приходишь. Конечно, приходи!

Девочка может быть владелицей бизнеса, успешным профессионалом в своей среде, но даже мысленно попадая на поле, она начинает ужасно стесняться. Она попадает в эту яму стыда — она еще ничего не сделала, а ей уже стыдно. Но время идет — количество девушек в нашей школе увеличивается. Может, через пару лет мы соберем команду постарше и поедем на ЧМ для пенсионеров? Ведь в Кубке России мы же сыграли.

Команда GirlPower (белая форма) на Кубке России, Москва, 2018 год – Фото: Polina Bykonya. Все права защищены.

-Как ты видишь перспективы женского футбола?

-Все, что происходит в футбольном мире, находится под ведомом FIFA. Несколько лет назад FIFA объявила, что ее стратегия на ближайшие 10 лет — сделать женский футбол самым популярным женским видом спорта в мире. Почему так происходит? В мире два миллиарда мужчин играет в футбол — и больше расти некуда. Все кто мог полюбить футбол и захотеть играть, уже имеют эту возможность. А девушки такой возможности не имели. Представь, если сейчас играют условные сотни тысяч — будут играть миллиарды. Футбол как правило растет из массового. Девочка выходит во двор и пинает мяч. Потом она идет в секцию — потом становится профессионалом.

У нас в школе играет около 200 девушек: сто постоянно, еще сто приходят и уходят. Если мы будем продолжать делать то, что делаем, через пару лет нас будет пятьсот, а может и тысяча. Просто потому что идет время, потому что FIFA делает свою работу, потому что футбол для девчонок становится доступнее.

-Лично ты следишь за профессиональным футболом?

-Я смотрю игры, но теперь трудно как болельщику — сразу начинаю оценивать игру с точки зрения тренера.

И для меня профессиональный футбол интересен как социальное явление:  у людей есть потребность болеть за кого-то, чтобы кто-то защищал их флаги. Это самый безопасный вид патриотизма — не военного, но боевого. Где люди еще испытывают такие бурные эмоции? Людям надо демонстрировать свою силу — они делают это через сборную команду. С одной стороны это безжалостное явление: миллионы смотрят, как 22 мужика играют в футбол. Я немного смущаюсь, когда прикасаюсь к этому с точки зрения морали. Вот ко мне приходит ребенок, я хочу ему помочь, много лет я держу его за руку — разве я хочу, чтобы он сражался? Я хочу, чтобы он получал удовольствие от игры.

Но мы никогда не сможем уйти от эффекта толпы. Чем он сильнее, тем меньше нравственности. Футбол в этом смысле самое безопасное место, где может существовать эффект толпы, где он не будет создавать свои жестокие правила. Пусть это будет лучше футбол, чем люди пойдут воевать.

Слава богу, что есть футбол, он становится в каком-то смысле легитимным сражением, где люди не умирают, но чувствуют себя объединенными.

также по теме

  • Мы даём девчонкам доступ к их мечте

    Интервью

    Школа женского футбола «GirlPower» в Москве существует уже четыре года, в ней на данный момент занимаются более двухсот девушек разных возрастов. Однако этот вид спорта среди женщин в нашей стране еще не распространен — во многом из-за гендерных предрассудков и консерватизма общества. 

  • Футбол несправедлив и этим очень похож на советскую жизнь

    Интервью

    Роберт Эдельман – профессор Университета Калифорнии в Сан-Диего (США), один из самых известных историков советского спорта в мире, автор книг. В дни ЧМ по футболу Сергей Бондаренко расспросил Эдельмана о том, как спорт был и остается политическим инструментом.

    Сергей Бондаренко

0 коммент.

Добавить комментарий

Добавить комментарий